«Маленькие пациенты дарят мне на память свои рисунки» – Инна Бурля

Поход к стоматологу становится для детей сродни празднику. В ожидании очереди они  рисуют, пьют с доктором чай с печеньем и… поют.

Посещение зубного врача нередко сопряжено с определенными трудностями, внутренним напряжением и даже откровенной боязнью. Между тем эти страхи не имеют под собой никаких реальных оснований, и чтобы они никогда не возникали и не закреплялись в нашем сознании, важен первый опыт общения с доктором – насколько он положителен, прежде всего, в психологическом плане.

Именно этот ключевой момент подчеркнул в своем выступлении заместитель главного врача ЦРБ А.В. Сирота, представляя на церемонии «Человек года-2015» победительницу в номинации «Медицинский работник года» врача-стоматолога И.П. Бурля. «Большинство пациентов Инны Павловны – наши дети, – сказал Александр Витальевич. – И этот замечательный доктор и просто прекрасная женщина умеет находить с ними общий язык, а они в благодарность дарят ей на память свои рисунки».

В рабочем кабинете стоматолога светло и по-домашнему уютно. Стоит современный компьютер: доктор Сирота в своем вступительном слове как раз говорил и о том, что она идет в ногу со временем, интересуется последними достижениями в области стоматологии. А на небольшом столике лежали те самые детские рисунки. Аккуратные, исполненные цветными карандашами. В верхнем уголке имя, фамилия и возраст юных авторов.

– Когда-то детскими рисунками была обклеена вся стена, – улыбнулась И.П. Бурля. – Но после замечания санэпидемслужбы, что это нарушает некие санитарно-гигиенические нормы, пришлось их снять. Было жалко. Но на творчестве детей это никак не сказалось. Они продолжают творить, и оставляют рисунки мне на память.

– Прямо у вас в кабинете рисуют? – интересуюсь.

– Да, сидя за столиком. Коротают время в ожидании своей очереди. И одновременно наблюдают за происходящим в стоматологическом кресле. Видя, что доктор ничего страшного не делает, успокаиваются и уже почти не боятся.

Инна Павловна с искренней теплотой отзывается о своих маленьких пациентах. Сравнивает разные поколения.

– Современные дети очень умные, у них хорошо развито мышление, они в большинстве своем более коммуникабельны, – говорит она. – Мы с ними пьем тут чай, едим печенье и даже поем песни. Они доверяют мне какие-то свои секреты. Даже рассуждают иной раз по-взрослому. Один 6-летний мальчик, помню, рассказывал о том, что заболел его папа. Болезнь, к счастью, не слишком серьезная, но было видно, что он искренне сопереживает отцу и сочувствует маме, на плечи которой легли дополнительные заботы. Сравнивая же состояние зубов современных детей, например, с их сверстниками лет двадцать-тридцать назад, могу сказать, что тогда они были здоровее и крепче…

Будущий стоматолог росла в семье простых тружеников: папа Павел Николаевич, ныне покойный, был агрономом, мама Лидия Федосеевна работала учительницей, преподавала украинский язык. До пятилетнего возраста маленькая Инна, она старшая из двух дочерей, проживала с родителями в Арцызе. Потом семья решила переехать в село Островное, что недалеко от райцентра – поближе к дедушке и бабушке по линии отца.

– Я с детства твердо решила, что стану доктором, и именно зубным врачом, – вспоминает наша героиня. – Примером для меня был родной дядя, брат отца, который работал стоматологом в Риге. Поступила в Одесский медицинский институт имени Н.И. Пирогова, который окончила в 1984 году. Интернатуру проходила в Измаиле. Летом 1985 года я приехала в Рени, и вот по сей день работаю в районной поликлинике – больше тридцати лет. Главным врачом ЦРБ тогда был Антон Иванович Ланецкий, но он в эти дни и на работу меня принимал заместитель главврача Степан Дмитриевич Иванов.

– Сложно было учиться на стоматолога?

– Учеба не была легкой, но в то же время очень интересной. Помимо учебников читала много специализированной литературы. До сих пор удивляюсь, как при такой нагрузке еще успевали отдыхать – помню, на первом курсе мы, студенты, даже ездили в Карпаты. Практику проходила в Измаиле. Хорошо помню своих первых наставников, среди которых был Иван Николаевич Чебан, который и сегодня работает в городской стоматологической клинике. Он делал очень сложные стоматологические операции, а мы, практиканты, ему ассистировали.

Получив направление в Рени, молодой специалист первые полгода проработала на «взрослом» приеме, затем была переведена в детскую консультацию, что находилась по улице Гагарина (там же была и детская больница). Так наша героиня «переквалифицировалась» в детского стоматолога.

– Это судьба, – улыбнулась Инна Павловна. – Вначале ведь место в детской консультации предложили врачу-стоматологу Елене Ивановне Долапчиу, но она по какой-то уважительной причине вынуждена была отказаться. Здесь я проработала несколько лет, медсестрой при мне была Зинаида Алексеевна Благовенко (до этого работала старшей медсестрой роддома), которой, к сожалению, уже нет в живых. Я до сих пор благодарна ей за неоценимую помощь. Она для меня была как мама, учила тонкостям детской психологии – как общаться с маленькими пациентами, какой подход к ним должен быть. В те годы у детей случались обмороки. В одних случаях это была реакция на новокаин, в других – из-за голода, дети во многих семьях недоедали. Когда к нам привозили маленьких пациентов из села, мы их сначала вели на детскую кухню, она находилась рядом, кормили их и только потом начинали лечение.

– Получается, детский стоматолог в одном лице была и доктором, и психологом, и мамой?

– А иначе нельзя. Хотя, скажу вам честно, тогда, в молодости, я была более импульсивной и не особо задумывалась о тонкостях индивидуального подхода к каждому ребенку. Всё это пришло с годами, и благодаря тому бесценному опыту, который мне передала Зинаида Алексеевна. Сегодня дети, которых мамы приводят на прием, для меня не просто пациенты – они личности. С удовольствием общаюсь с ними, расспрашиваю о делах в школе, чем увлекаются. Очень важно, чтобы визит к стоматологу, особенно если он первый раз в жизни, запомнился с положительной стороны, чтобы у ребенка начала зарождаться культура ухода за полостью рта.

– Инна Павловна, были в вашей практике какие-то интересные случаи, которые запомнились?

– Несколько лет назад со мной работал медбрат Дима Кукер, он родом из Нагорного, теперь он трудится в Одессе, уже врач. Помню, к нам на прием привели девочку – красивенькую такую, светленькую. Он ей сделал пробу на лекарство, аллергии, слава богу, не было. И вот когда я удалила девочке зуб, Дима неожиданно подошел к ней и поцеловал в лобик. На радостях, что всё прошло хорошо – вот такой порыв был у парня, неравнодушного к своей работе, который шел от души. Бывает и такое, что на ребенка никакие увещевания не действуют, он боится сесть в кресло – приходится нескольким человекам его держать. Но зато потом он видит, что я ему желаю только добра, и успокаивается.

За тридцать лет работы с юными пациентами доктор стала настоящим психологом. Своих детей с мужем Валерием Николаевичем (он родом из Лиманского, по профессии моряк) у них нет, поэтому каждый ребенок, который переступает порог ее кабинета, становится для нее родным.

– Иные дети еще не успевают зайти, а я уже по глазам вижу, будут они слушаться или их расположение придется завоевывать, – отмечает она. – Многие, дожидаясь своей очереди, с готовностью мне «ассистируют»: сидят рядышком, внимательно смотрят. Некоторые, как я уже говорила, с удовольствием рисуют за столиком.

В завершение я задал своей собеседнице несколько «каверзных» вопросов, что называется, о личном.

– Всё ли вы можете простить другим людям?

– По характеру я человек эмоциональный, бываю импульсивной. Но злопамятство мне не свойственно. Никогда не закладываю в душу камень и самоедством не занимаюсь. Стараюсь избегать отрицательных эмоций, людей с негативным мышлением.

– Вы сентиментальный человек?

– Сентиментальный.

– Вам нравится уединение?

– Да. На работе порой так устаю, что, приходя домой, мне нужно хотя бы часик побыть в тишине, помолчать.

– Помните ли самый радостный и самый тяжелый день в своей жизни?

– Радостных дней было много. А самые тяжелые – это смерть отца и безвременная кончина моей младшей сестры Натальи. До сих пор не могу оправиться от горя, свыкнуться с мыслью, что ее больше нет. И вряд ли смогу.

– Имеете ли личную формулу успеха?

– Настойчивость. Целеустремленность. Требовательность к себе, порой излишняя. Но иначе я не могу.

– Что входит в ваше личное понятие свободы?

– У меня никогда не было ощущения несвободы. И на работе, и дома я чувствую себя свободным человеком. Но свобода ни в коей мере не означает вседозволенность, ведь кроме прав у каждого из нас есть и обязанности.

– Вы верите в возможность жизни после смерти?

– Нет… Наверное, нет…

– Отчаивались ли вы когда-нибудь? Что помогало вам в эти минуты?

– Отчаяние почувствовала со смертью сестры. Мы с ней последние десять лет были очень близки. Помогло выйти из этого состояния умение мобилизоваться.

– Верите ли вы в чудо? Случались ли в вашей жизни события, которые можно назвать этим словом?

– Чудес не бывает. Думаю, что в нашей жизни всё изначально предопределено, и всё идет своим чередом.

– Нравится ли вам эпоха, в которой живете?

– Выбора всё равно нет. Но хотелось бы оказаться в более современном, более цивилизованном мире. И в более развитом технологически, с множеством новейших разработок в области стоматологии.

– Если бы существовала машина времени, в какую эпоху захотели бы переместиться?

– Только в будущее. Где бы мир был лучше и развитее, опять же, технологически.

– Почему, по-вашему, в мире столько горя и страданий?

– Из-за денег. Алчности. Зависти, к сожалению, много в нашем мире.

– Есть ли у вас увлечения, хобби?

– В свободное время люблю погулять, отвлечься. Очень ценю общение с семьей, с близкими мне людьми, с теми, кто меня понимает. Читаю или просто смотрю телевизор. И обязательно Интернет – куда уж в наше время без него?

Николай ГРИГОРАШ

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *