Смерть пенсионерки: суд не увидел обстоятельств для подозрения в убийстве

Адвокат Нина Злати рассказала о проблемах душевнобольных и общества — с правовой точки зрения. 

Как мы уже сообщали, в первой декаде июля в Рени произошло ЧП: «Психически неуравновешенная 61-летняя женщина задушила свою 92-летнюю свекровь» и «фигурантка призналась в совершенном убийстве».

Так ли это, может установить только суд.

Как сообщили нам адвокаты Нина Злати (Рени) и Дмитрий Димов (Болград), на сегодняшний день Измаильским судом установлено отсутствие обстоятельств для подозрения.

– Наша клиентка стоит на учете у психиатра, у нее третья группа инвалидности, — уточняет некоторые подробности Нина Спиридоновна. — Она не агрессивна, скорее, наоборот. Она, на наш взгляд, в таком состоянии, что может подписать все, что угодно, даже признание в убийстве Джона Кеннеди. Этот случай нам, как адвокатам, показывает другой аспект проблематики – незащищенность людей с психическими расстройствами, ими можно манипулировать.

 

Масштаб проблематики

В 2017 году Минсоцполитики опубликовало статистику, согласно которой Украина  занимает первое место в Европе по количеству психических заболеваний, среди которых депрессивные расстройства, шизофрения, болезнь Альцгеймера, наркотическая зависимость, эпилепсия, умственная отсталость. Согласно данной статистике в Украине 1,2 млн человек (это более 3% всего населения) страдало психическими расстройствами, почти 2 миллиона украинцев ежегодно становились пациентами психиатрических больниц, а от различных нервных расстройств страдал каждый третий украинец.

Как выяснило издание КиевVласть, в 2018 году 1,5 млн граждан Украины находились под наблюдением врачей-психиатров и врачей-наркологов. В 2019 году в нашей стране зарегистрировано уже 1,6 млн пациентов с расстройствами психики.

Если говорить о Ренийской громаде, то на учете у психиатра стоят порядка 800 жителей. Есть также люди, которые на учете не стоят, но периодически лечатся.

 

Лечение – за 300 километров

Обеспечены ли граждане с различными расстройствами психики медицинским обслуживанием? Если говорить о Ренийской громаде, где закрыто психиатрическое отделение, то ближайшими лечебными учреждениями для них являются больницы областного уровня – в Одессе и Белгород-Днестровском районе.

Семьи, в которых есть больной, вынуждены самостоятельно решать вопросы транспортировки и лечения (за исключением острых случаев, когда пациента отвозит скорая в сопровождении полиции).

В Ренийской громаде больные данной категории и их родственники могут уповать по месту жительства только на врача-психиатра поликлинического отделения Ренийской городской больницы Валентину Тополенко (интервью с врачом читайте в газете «Ренийский вестник» за 6 августа с.г.).

Человек с отклонениями психики – потенциальная угроза для общества

Но в отношении душевнобольных есть и другой аспект – соблюдение в отношении их законодательства. Именно об этом и пошел разговор в нашем интервью с адвокатом Ниной Злати, поводом для которого стала смерть 92-летней старушки.

Разумеется, адвокат не знает и знать не может, убила ли душевнобольная женщина свою свекровь или же больной человек преклонных лет умер своей смертью. Есть следствие, есть суд.

— Я не буду раскрывать материалы дела, но не могу не сказать о том, как в данном случае действовали правоохранительные органы, — говорит ренийский адвокат. — В тот день, когда 92-летнюю женщину похоронили, а на руках полиции оказалось заключение Болградского судмедэксперта, который указал сразу три возможных причины смерти, одна из которых – удушение, невестка усопшей и ее супруг оказались в полиции. Старший оперуполномоченный Измаильского райотдела полиции общался с ними почти восемь часов. Женщина была напугана и растеряна. В результате появилось видео, где моя клиентка признается в убийстве. Но что это было? Допрос? Фактически, я считаю, гражданку допрашивали. Но процессуальные документы – протокол допроса — оформлен не был. Есть только пояснение, которое наша клиентка подписала.

Во-вторых, если гражданке инкриминируется такое тяжкое преступление, как убийство, ее, в первую очередь, обязаны были обеспечить адвокатом. Этого не было сделано.

Когда дети забили тревогу – где мама, что происходит, я, как адвокат, обратилась в первую очередь за информацией в Координационный центр по предоставлению бесплатной вторичной правовой помощи: полиция обязана в течение трех часов подавать информацию в региональные центры по предоставлению бесплатной вторичной правовой помощи. Но в центре никакой информации не было – еще одно нарушение.

В полиции мне сообщили, что женщину отвезли в Белгород-Днестровский, в психиатрическое отделение. Но на каком основании? Разве было решение суда о мерах принудительного медицинского характера? Нет. Своего согласия на госпитализацию гражданка – это мы выяснили позже — не давала. То есть эта женщина незаконно была помещена в психиатрическое отделение.

У меня вопрос: разве требования законодательства в отношении граждан, которые страдают психическими заболеваниями, можно нарушать?

-Но ведь Вы, Нина Спиридоновна, не будете отрицать, что люди с серьезными психическими отклонениями в периоды кризиса могут представлять угрозу для окружающих? Вспомним, к примеру, пожар в многоэтажном доме: психически неуравновешенная женщина курила в постели – в результате эвакуировали весь подъезд.

— В адвокатской практике мы с коллегами сталкиваемся с разными случаями, когда действительно граждане с психическими расстройствами представляют реальную угрозу окружающим. Недавний пример: житель нашего города гражданин Ж. три года избивал свою супругу, мать его троих детей, а она боялась разглашать эту проблему. Болезнь со временем усугублялась, и после того, как муж ее избил в очередной раз, сломав нос, родственники несчастной не выдержали и выложили фото в социальные сети. Закончилось тем, что гражданина Ж. судили, по приговору суда он был отправлен на принудительное медицинское лечение.

Но ведь лечение имеет срок. Со временем гражданин возвращается домой. Привлечь его к ответственности невозможно – у него диагноз. А это значит, что он может вновь повести себя неадекватно – с самыми разными последствиями. Мы ждем, когда гражданин с психическим расстройством совершит очередное правонарушение, кто-то пострадает.

Когда в Рени было психиатрическое отделение, родственники могли периодически обращаться за медицинской помощью, проводить по месту жительства профилактическое лечение. У нас работал Николай Михайлович Шелег, у него лечились, а сейчас такой возможности нет. Далеко не каждая семья может позволить себе организовать лечение больного в областной клинике.

-Очевидно, что у каждого гражданина с психическим расстройством должен  быть опекун?

— Оформление опекунства над людьми с психическими заболеваниями – большая проблема. Для оформления документов необходимо признать гражданина недееспособным – на сей счет должно быть соответствующее решение суда. Суду необходимо предоставить результаты медицинской экспертизы, которая проводится только в Одессе. Значит, больного надо каким-то образом транспортировать на обследование в областной центр на Воробьева, 9. В маршрутке, согласитесь, не повезешь, нужна машина, нужны финансы. Причем, заключение экспертизы действительно только два года: через два года опекуну надо вновь проходить все круги ада по сбору документов.

-Нина Спиридоновна, все мы знаем нашего душевнобольного Сережу, которого часто можно встретить на рынке, он попрошайничает. Интересно, у него есть опекун?

— Насколько я знаю, был, но на сегодняшний день опекуна нет — трудно оформить документы. Этот человек просто «повис в воздухе».

* * *

Конкретные истории и проблемы душевнобольных стали темой номера газеты «Ренийский вестник» за 6 августа 2021 г.

Антонина БОНДАРЕВА

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *