Житель Харькова о том, как выживают и как хоронят под обстрелами

Наш земляк Анатолий Акриш прожил в Харькове первые 23 дня войны.

Почему он сразу не уехал из опасной зоны? Что делал в Харькове, который подвергается ракетным и бомбовым ударам все эти дни? С кем в конечном итоге эвакуировался? И чем возмущен? Об этом мы говорили с нашим земляком, когда он вернулся на малую родину, в Рени.

Анатолий сразу признался, что в своей жизни взялся за ум только в 40 лет. С тех пор жил с женой в Харькове. Она – медсестра, он занимался ремонтами подъездов: руки, как говорится, откуда надо растут, честным трудом зарабатывал на хлеб.

 

Над нами летали самолеты – я в квартире от страха голову пригибал…

— 24 февраля мне надо было, как всегда, идти на работу, а просыпаюсь я очень рано, — вспоминает первый день войны наш земляк. — Но в тот день я проснулся еще раньше, в 4 часа, так как начало везде «гупать». Выглянул в окно, а мы живем возле объездной дороги, — вокруг все в дыму. Выглянул в другое окно – и с другой стороны горит: недалеко от дома воинская часть стояла. Естественно, на работу мы с женой не пошли.

В Харькове я занимался ремонтом подъездов, и на самом первом видео об обстрелах города, которое «прилетело», я узнал подъезд дома, который когда-то своими руками ремонтировал, представляете?..

Первые дни бомбили, но далеко. Что нам было делать? У нас на руках была теща лежачая, 87 лет – куда с ней? Я сказал жене: «Лера, сколько Бог даст тёще, столько будем здесь, возле нее». Подружки жены уехали — кто на Западную Украину, кто куда, а мы остались.

Вскоре над нами начали лететь самолеты (а мы на девятом этаже живем), я, вроде, не из робкого десятка, но в квартире от страха голову пригибал.

Во всем городе лифты сразу отключили, а во время каждой воздушной тревоги с девятого этажа бегать не будешь.

 

И стали жить в подвале дружной семьей

Знал, что в торце дома у нас есть подвальное помещение, где сантехники занимались своими делами. Сантехники разъехались, связи с ними не было. Я позвонил в ЖЭК и сказал: «Может, у них там какой-то инструмент, но сегодня люди важнее — буду ломать дверь». Мне дали добро, я спилил замок. Когда соседи увидели такое дело, начали сходиться в подвал. Оборудовали там спальные места, кухню, ну и стали жить дружной семьей. Мы там все вместе борщи варили, плов, все как положено.

Нашу бабушку спустили с девятого этажа на второй, в квартиру знакомых, которые уехали, — чтобы ближе к старушке бегать было. Она уже была в таком состоянии, что не могла на телефонный звонок ответить. По пути опекал и деда на третьем этаже, дети которого уехали в безопасное место.

Ну, живем себе, вроде как стреляют, вроде, как и рядом, но нас не касается.

В один день к нам во двор привезли секонд-хенд, а моя жена любит это дело, мы пошли. Прошло минут пять, как мы вышли из своего дома – как бахнет под нашим подъездом! Мы — в подвал, пересидели. Когда стихло, пошел смотреть: в квартире на втором этаже, где наша бабушка лежит, и на соседних этажах все стекла выбиты, рамы выбиты. Но бабушку Бог уберег.

 

Как рванет — меня аж землей на балконе четвертого этажа присыпало!

Ну что делать: зима в Харькове не такая, как в Рени: 14 градусов мороза с ветром. Я быстро окна задраил пленкой, мусор убрал, бабулю переложили, накормили, успокоили. Но мы не одни, с людьми живем. Пошли на первый этаж, к подруге жены — там давай окна заделывать. Потом — на четвертый этаж, в квартиру моего товарища, который с первого дня ушел воевать и на меня оставил под присмотр квартиру со своей шиншиллой. Я притащил фанеру, другой материал, шуроповерт, стою на балконе, пытаюсь прикрутить. А тут как прилетит болванка во двор, как рванет — меня аж землей на четвертом этаже присыпало! Спрыгнул, убежали, пересидели. Иду проведывать нашу бабулю – а у нее от второго взрыва все, что я делал, все вырвало. Заново по второму кругу пошел заколачивать…

На следующее утро наша Петровна умерла. Мы были рядом. Вопрос: как хоронить в военное время?  Все кладбища – за городом, там стреляют очень сильно. Поэтому в Харькове начали собирать погибших и умерших своей смертью людей в одном месте и по определенным дням всех сразу везли на кладбище. Там выделили одно место для захоронений во время войны.

У моей тещи на кладбище было место рядом с ее ранее умершим мужем, но похоронить именно там – это целая проблема. Хоронили как всех, подряд.

 

Предлагали помыть покойника за 4 тысячи…

Не буду молчать: есть «охотнички» нажиться на чужом горе. Когда теща умерла, ее лечащий доктор  дала мне контакты тех, кто занимается похоронами. Позвонил, а они начали о своих расценках рассказывать: «Санитары ее заберут и помоют – 4 тысячи гривен...» Говорю: мы сами с женой помоем и переоденем. На этом наш разговор и закончился – невыгодные мы клиенты. Чисто случайно знакомые дали другие контакты, где за похороны взяли 20 тысяч гривен – вместе с оформлением документов, как говорится, от А до Я. Что 20 тысяч в наше время? И разве женщина не заработала на похороны? Бригада забрала тело, поместила в морг, пока собиралась партия покойников. Похоронили, нам прислали фотофиксацию и документы. Мы на похороны не поехали, это нереально, кладбище далеко. Чтобы вы понимали: я от своего дома до железнодорожного вокзала доехал за 100 долларов.

В те дни, когда я был в Харькове, как мог помогал всем. Ведь кто-то из ребят в армию ушел, в тероборону. Я в армии не служил, автомат в руках держать не могу — я там, на передовой, будут только мешать. Считаю, что не обязательно в руках автомат держать – можно помогать доступным тебе способом.

 

«Прицепом» — черепаха Гектор, шиншилла Шуша и кошка Лера

Когда тещи не стало, решили с женой выбираться в Рени. На нас в то время была черепаха Гектор, шиншилла Шуша и кошка Лера. Она, кстати, одесситка: ее котенком подобрали в Одессе и через всю Украину везли в Харьков. А сейчас она проделала путь назад. Для зверинца я сделал из бутылок эвакуационные коробки – и поехали. В вагоне поезда Харьков – Одесса, к слову, было занято всего три купе. Очевидно, большинство людей уехали до нас.

 

А вы рыбой по 20 гривен недовольны…

Конечно, когда жили в Харькове, я всегда следил за новостями из Рени, что люди в Фейсбуке пишут. И я не могу по поводу некоторых высказываний промолчать. Пишут, например: «В Энергодаре рыбу бесплатно раздают, а в Рени рыба аж по 20 гривен!». Да вы посмотрите, что творится в Энергодаре! Вы здесь, в Рени, тихо и мирно живете, а есть города, где люди без тепла, света, воды, без еды и сидят в подвалах. При этом некоторые в Рени жалуются, что «в АТБ сахара только по килограмму дают»… Ага, и сахар, конечно, несладкий… Или сравнивают, какие товары есть в Измаиле, каких нет в Рени. Люди, вы понимаете, что вокруг происходит? Будьте человечнее!
 

 

Записала Антонина БОНДАРЕВА

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *