Почему встреча подруг была одна, и всего десять минут?
Жительница города Рени Елена Вакарчук и жительница Бухареста (Румыния) Дойна Будимир переписываются 63 года. За это время они виделись один раз, встреча длилась всего десять минут.
Эта история началась в 1962 году, когда Елена Вакарчук (в девичестве Сары) училась в Ренийской школе №4, где преподавание велось на молдавском языке.
— В класс пришла учительница со списком адресов и спросила, кто хочет переписываться со сверстниками из Румынии? — вспоминает Елена. — Я взяла адрес Дойны Оприш.
-На каком же языке вы переписываетесь? И какой шрифт используете – латиницу или кириллицу?
— Я всегда писала письма на своем родном молдавском языке, который очень похож с румынским. Только румынский, на мой взгляд, более элегантный. Например, к женщинам они обращаются «доамна», то есть «госпожа», а молдаване говорят «цаца», то есть «тетя». Соответственно, к мужчинам в Румынии обращаются с приставкой «домнул», господин, а у нас говорят бадя Костя, бадя Санду.
Что касается шрифта, моя подруга Дойна пишет латиницей, однако для меня это не проблема, ведь в школе я учила французский язык. К тому же французский, румынский, молдавский – это одна романская языковая группа. Я пишу письма в Румынию кирилицей. Дойна немного знает русский язык – и прочитать не составляет труда. Вообще я считаю так: если люди действительно хотят понять друг друга, не имеет значения, на каком языке они общаются.
-О чем была переписка в вашем детстве?
— Мы писали друг другу о школьных событиях, вырезали из журналов фотографии артистов и обменивались ими. Любили покупать цветные открытки с изображениями городов – и тоже обменивались. Мне нравилось рассматривать здания и проспекты румынских городов. У нас тоже города красивые – я высылала Дойне открытки с видами Одессы и других городов.
-До развала Советского Союза в городе Рени всегда «ловилось» румынское телевидение – вы его смотрели?
— Конечно. А еще мне очень нравилась радиопередача с румынскими песнями. Я ждала ее с нетерпением и записывала эти песни, у меня была целая тетрадка. А однажды Дойна мне прислала пластинку с румынскими песнями.
-О чем была ваша переписка уже во взрослой жизни?
— Мы выходили замуж, у нас рождались дети – и этим всем мы, конечно, делились. Одна из самых моих любимых фотографий Дойны где она молодая мама с маленьким сынишкой на руках. Он уже взрослый мужчина, работает на международных авиалиниях. Когда в 2008 году он был в Одессе, попросил родителей приехать на встречу с ним. Назад они решили ехать через Рени – Дойна захотела меня найти.
Как сейчас помню: стоит во дворе неизвестная мне женщина и спрашивает: «Ты меня не узнаешь?» — «Нет, извините, не узнаю». – «Я – Дойна». – «Знаешь, ты в моем представлении совсем другая – молодая, с длинными черными волосами и маленьким ребенком на руках. Я сейчас тебе покажу твою фотографию».
Дойна очень удивилась тому, что у меня сохранились все ее фото. В молодости она переезжала из города Галац в Бухарест, и каким-то образом все фотографии детства и молодости у нее потерялись. Мой сын сфотографировал весь архив и по Вайберу отправил Дойне – она была очень рада, что все удалось восстановить.
-Выходит, вы сохранили архив своей подруги! И как же прошла ваша единственная встреча?
— Дойна с мужем так спешили, что нам не удалось даже чая выпить. Единственное, что я успела, собрать им в дорогу продукты – они с самой Одессы практически ничего не ели, а путь еще предстоял долгий.
-А вы не пытались за эти годы съездить в Румынию, чтобы повидаться с подругой?
— А как же! В 1980 году мне досталась профсоюзная путевка в Румынию и Болгарию, и я стала собираться. В те годы и в Румынии, и в СССР люди жили скромно: Дойна попросила привезти ей кроличью шапку. Кроме этого я приготовила несколько коробок кишиневских конфет.
В те годы попасть за рубеж было не просто. Перед поездкой всю нашу группу собрали в Одессе, где инструктировали. Говорили, что мы должны держаться группами и вести себя прилично, потому что представляем Советский Союз, о стране будут судить по нашему поведению.
Еще пуще меня инструктировал дома муж: «Не смей там ни с кем разговаривать – за вами будет следить КГБ (комитет государственной безопасности)». Он так меня настращал, что я забыла взять адрес Дойны, который заранее написала на отдельном листке бумаги. Когда уже приехали в Румынию, я обнаружила, что адреса нет. Дойна недавно поменяла место жительства – я еще не запомнила новый адрес. От досады я так плакала! Ведь я так готовилась к этой встрече.
-Наверное, сейчас при переписке вы уже используете современные средства связи?
— Иногда, мне в этом помогает сын, а подруге – дочка. Недавно Дойна по Вайберу прислала групповое фото, и я обратила внимание, что все женщины гораздо старше ее. Я спросила – кто это? Она рассказала мне свою печальную историю. Оказывается, ее дядя был арестован и расстрелян как враг народа. Дойна мне пояснила: «У вас был Сталин, а у нас – Чаушеску». Потом арестовали и родителей Дойны, бросили их в тюрьму. Ее мама была на четвертом месяце беременности, так что Дойна родитесь в тюремных застенках. Эту историю она узнала от мамы много лет спустя, когда стала взрослой. И теперь женщины, которые были в неволе, раз в году собираются – это было фото подруг по несчастью.
Дойна спросила, а не пострадала ли моя семья во время политических репрессий? Мои родители нет, а вот моя родня по линии мамы – да. В послевоенные годы их подняли и отправили в Сибирь. Разрешили вернуться в Молдавию только после развенчания культа личности Сталина, но запретили появляться в родном селе. Так что в истории у нас многое перекликается.
-Вы планируете все-таки увидеться со своей подругой?
— Мне бы этого очень хотелось! Я мечтаю, что Дойна приедет ко мне в гости на несколько дней – и мы наговоримся за всю жизнь.
Антонина БОНДАРЕВА
Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!
